<strong>бои за азовстваль</strong>

Бойцам Азов предъявили обвинение в убийстве

Бойцов бригады Азов обвинили в убийстве двух мирных жителей при охране завода Азовсталь в Мариуполе в прошлом марте. Следственный комитет утверждает, что военнослужащие признались в преступлении в ходе допроса.

Приговор военнослужащим

Суд в Донецке вынес приговор военнослужащим бригады Азов Евгению Высоцкому и Александру Педаку к 25 годам колонии строгого режима за убийство двух мирных граждан. Оба бойца признаны виновными в совершенном преступлении.

Обстоятельства дела

Ведомство сообщает, что 14 марта прошлого года они вместе с сослуживцами охраняли завод Азовсталь в Мариуполе. Педак и Высоцкий занимали пост в доме на проспекте Мира и открыли прицельный огонь по двум мужчинам в гражданской одежде. В результате обоих умерли от полученных ран.

Пленение и признание

Через два месяца бойцов пленяли российские военные, а при допросе признались в преступлении для запугивания местного населения. Они были осуждены по нескольким статьям, включая убийство с особой жестокостью и жестокое обращение с гражданским населением.

Завершение боев

Бои за Мариуполь шли до середины мая прошлого года. Минобороны опубликовало видео с выводом украинских военных, укрывавшихся на заводе Азовсталь. Часть пленных бойцов была обменяна на других заключенных.

Новая структура бригады Азов

В начале этого года бригада Азов стала частью Нацгвардии Украины. Бригада представляет собой увеличенный или усиленный полк, а две или более бригады могут составлять дивизию. Командиром бригады обычно становится бригадный генерал.

Структура сил во время боев на Азовстали

Структура военных сил во время войны на Азовстали включала различные подразделения и формирования.

Азов Steel Ukrainian Metallurgical Plant

18 сентября российские СМИ сообщили о том, что при обстреле колонии в Оленовке погиб 1 украинский военнопленный, а 4 получили ранения.

Побег командира 36-й бригады Владимира Баранюка https://www.ukr.net/news/details/donetsk/91228577.html

Чуть более года назад весь мир увидел кадры украинцев, покидающих территорию Азовстали в Мариуполе, после приказа сдаться и сложить оружие. Эти люди стали символом силы и готовности идти до конца ради свободы Украины. Рассказываем о них.

Прошло год с тех пор, как защитники сталелитейного завода Азовсталь в Мариуполе сдались после трехмесячной осады, ставшей символом жесткости Москвы и стойкости украинцев.

Принимали огонь на себя

Мы понимали, что чем дольше мы удерживаем Азовсталь, чем дольше мы удерживаем Мариуполь, тем дольше главные силы российской армии останутся здесь, потому что им нужно было захватить город, — рассказал нам 30-летний Олег Карамов из 36-й бригады морской пехоты, которая участвовала в защите комбината.

Бригада была развернута в Мариуполе задолго до начала войны. В начале российского вторжения им было приказано отойти сначала в поселение Волонтеровка, а затем на Мариупольский металлургический комбинат имени Ильича. Это было тактическое отступление. Никто не бежал, никто не уходил. Мы вывезли своих раненых, забрали погибших, насколько это было возможно, — вспоминает Карамов.

Он также рассказывает о силах, которые участвовали в обороне региона: Перед окружением Мариуполя полк Азов вел бои на восточном направлении. Помимо морских пехотинцев, на местности были представители Национальной гвардии Украины, пограничники, морская охрана, территориальная оборона, полиция, спецназ. Половина из них успела покинуть Мариуполь до осады, другая половина осталась защищать город вместе с нами. Это было добровольное решение, никто их не заставлял.

У россиян ничего не было

Когда российское кольцо окружило их, единственным выходом стал прорыв через кордоны для соединения с полком Азов на Азовстали. Это произошло в конце апреля.

Олег Карамов вспоминает, что первая колонна прошла ночью, им помогло то, что у русских ничего не было — ни тепловизоров, ни приборов ночного видения. Первая колонна прошла без потерь, без раненых. Их остановили на российском блокпосту, но даже не поняли, что это были украинцы. Им не удалось рассмотреть, кто сидит в машинах. Они попросили подсветить фонариком, подали сигнал для остановки колонны. Кто-то спросил: Кто вы? Наши? Наш боец ответил по-русски: Да, наши. Их пропустили.

Мы не поверили, что надо сдаться

Когда мы вошли на территорию завода, разрушения были огромными, — рассказывает Антон Ивлев, младший сержант 36-й бригады. — Земля была засыпана металлом и бетоном. Не было ни дорог, ни коммуникаций. Личный состав, который был на ногах, занимался выполнением боевых задач. Раненые помогали устраивать быт — готовить еду, приносить воду.

Мы должны были стать подкреплением для полка Азов

Мы должны были стать подкреплением для полка Азов, — добавляет Рустам Бабаев, также служащий 36-й бригады морской пехоты. — Мы вышли на позиции, не зная местности, не зная, откуда появится противник. Боеприпасов у нас тоже не было. Мы потеряли много людей.

Антон Ивлев, Олег Карамов и Рустам Бабаев

Антон Ивлев, Олег Карамов и Рустам Бабаев пережили одну из самых смертоносных на сегодняшний день глав войны России против Украины. Украинские власти говорят, что не знают, сколько именно солдат погребены под обломками сталелитейного завода. Еще несколько тысяч попали в плен, когда Киев отдал приказ сложить оружие.

Когда нам сказали, что приказано сложить оружие

Когда нам сказали, что приказано сложить оружие, сдаться в плен, мы не поверили, — вспоминает Рустам Бабаев. — Мы ждали сутки, потом нам не показали этот документ: по приказу главнокомандующего и для сохранения жизни личного состава следовало сложить оружие.

События 17 мая 2022 года

17 мая 2022 года первые украинские солдаты были доставлены на объекты на территории сепаратистов, включая печально известный центр содержания в Еленовке, где 50 военнопленных позже погибли в результате загадочного взрыва.

Репортаж Азовсталь: решающая битва

Репортаж Азовсталь: решающая битва на нашем канале — это редкие свидетельства о том, что происходило внутри туннелей сталелитейного завода и во время российского плена. Наш сюжет — еще и дань уважения мужчинам и женщинам, которые как Антон Ивлев, Рустам Бабаев и Олег Карамов продолжают бороться за суверенитет и свободу своей страны.

Основной конфликт

Основной конфликт: Бои за Мариуполь (2022), Вторжение России на Украину (2022)

Карта боевых действий в Мариуполе

Дата 10 апреля — 20 мая 2022
Место Мариуполь, Донецкая область, Украина
Итог Победа ВС РФ и НМ ДНР. Заблокированные на металлургическом комбинате украинские войска сдались в плен.

ВСУ109 обрТрО ВМСУ36 омпбр НГУ12 БрОП НГООСН Азов НПУ ГПСУ ВС РФ НМ ДНР

Роль в военных действиях

Кадры из видео Минобороны России, на котором, как оно утверждает, — военнослужащие украинских сил, которые покинули осажденный металлургический завод Азовсталь 17 мая

Условия содержания военнопленных

Ровно год назад, 16 мая 2022 года, сдачей в плен гарнизона Вооруженных сил Украины (ВСУ) на заводе Азовсталь закончились бои за Мариуполь. В последующие несколько дней с территории предприятия вышли и сдались в плен более двух с половиной тысяч солдат. Для Вооруженных сил России эта операция стала крайне сложной: такие большие города военные не штурмовали со времен боев за Грозный в ходе первой чеченской кампании, да и уровень оснащенности и выучки украинских военных серьезно превосходил чеченских боевиков. За время тех кровопролитных боев на городских улицах российским солдатам и офицерам пришлось многому учиться на ходу. Это был тяжелый опыт, и события тех дней до сих пор свежи в памяти участников штурма Мариуполя. В беседе с Лентой.ру они поделились воспоминаниями, которые и год спустя отзываются болью.

«Вечное сочетание несочетаемого»

Роман, командир группы разведки

Очень часто говорят о какой-то особенной сложности городских боев. Не соглашусь с этим, все бои по-своему сложные.

Да, в городе тяжелее использовать определенные типы вооружения, например, ПТУРы (противотанковые управляемые ракеты), потому что много проводов. Но и в лесу их сложно использовать — из-за веток. В лесистой местности противник, так же как и в городе, может великолепно маскироваться и атаковать с неожиданной стороны.

Вид на металлургический комбинат «Азовсталь» в Мариуполе, 3 мая 2022 года

Мариуполь — обычный постсоветский город. Практически каждый человек, выросший в России, в нем увидит что-то свое, родное. Вот здание школы, как две капли воды похожей на твою. А вот двор в окружении панелек, точно такой же, как тот, в котором ты вырос. И футбольное поле там такое же, и гаражи, за которые ты с пацанами курить бегал.

Ты закидываешь гранату в квартиру, а вместе с взрывной волной из нее выбрасывает ошметки чьей-то жизни: куски мебели, одежды, вещей. Видишь, например, грязную детскую игрушку, валяющуюся в пыли рядом со сгоревшим автомобилем. Видишь фотографии счастливых людей в этом покинутом жилье и не знаешь, живы ли они.

Помню, зашли на брошенную позицию в многоэтажке, там в одной квартире такая образцовая детская комната малого пацана: обои с корабликами, географические карты, куча приключенческих книг. А на подоконнике стоит пулемет и рядом — цинки с патронами. Добивало это вечное сочетание несочетаемого.

Когда стоишь на позициях в поле, то успокаиваешь себя, что да — здесь-то война идет, но находишься ты будто в отдельном мире, неправильном, а в правильном мире мамочки с колясками, влюбленные пары на бульварах, жизнь.

Военнослужащие СОБРа «Ахмат» во время отработки штурма и зачистки здания в Мариуполе, 4 апреля 2022 года

Наверное, тем, кто штурмовал города, будет тяжелее всего адаптироваться обратно, вернуться к нормальной жизни. Сложно это выбросить из головы: идешь по улице и сразу прикидываешь, откуда тебя накрыть могут, где бы ты сам позицию поставил.

«Не нужно переоценивать политическую сознательность людей»

Огромная проблема — это гражданские. Ты не можешь применять тяжелые вооружения там, где может быть мирняк. Поэтому приходится подбираться на дистанцию стрелкового боя, нести тяжелые потери. Гражданских надо накормить, дать им лекарства. А еще они слабо понимают, что вообще вокруг происходит с военной точки зрения. При этом им надо сходить за водой, получить гуманитарку, попытаться найти родственников.

А еще это создавало проблемы обеим воюющим сторонам. Местные постоянно видели и наши районы сосредоточения, и украинские. Просто потому, что они буквально жили рядом с позициями. Потом, представьте, гражданский идет в соседний квартал проведать кума и видит там людей в военной форме. Конечно, он им все расскажет про позиции противника. Не потому, что желает им победы, а просто от страха. И начинается замес.

Могилы местных жителей у жилых домов в Мариуполе, 31 марта 2022 года

Не нужно переоценивать политическую сознательность людей.

Уверен, что пока во дворе стояли украинские военные, они им точно так же говорили, за редкими исключениями, что только на них, защитников, вся надежда. Так что насколько в Мариуполе пророссийское население, думаю, можно оценить только сейчас.

«При мысли о перспективе новых городских боев мне плохо становится»

Мы рассредоточились по двору, как могли, кто за машинами сгоревшими, кто у перевернутых баков. Голову не высунешь, ничего не видно, пытаемся в сторону здания как-то стрелять, заградительный огонь вести, но толку от этого мало.

Военнослужащие ДНР под Мариуполем, март 2022 года

У них же какая тактика была? Если позицию в доме заняли, то просто в стенах между квартирами пробивали ходы. Соответственно, можно было весь этаж насквозь пройти, иногда даже между этажами лесенки ставили, чтобы по всему дому перемещаться быстрее. И заранее заготавливали позиции в квартирах, оставляли там мешки с песком, гранатометы, магазины снаряженные. А саму позицию хер вычислишь.

Мы быстро поняли, что никак сами их не задавим. Ждать, пока у них патроны кончатся?.. Плохой вариант. Перебьют раньше, мы же почти на открытой местности, рано или поздно кто-то нарвется. Командир поддержку по рации вызвал, благо рядом была броня.

Под прикрытием рванули к дому. Броня закончила работать, пошли внутрь. Прочесали весь дом, а внутри шесть трупов. Шесть, понимаете?.. Это я к чему веду. Если бы у этих шестерых было достаточно боекомплекта, они могли бы хоть батальон там удерживать, пока их тяжеляком (тяжелым вооружением — прим. «Ленты.ру») не отработают либо они не свалятся от усталости.

Люди возле многоквартирного дома, разрушенного во время боевых действий. Мариуполь, 17 марта 2022 года

Вообще, суки они. По всей их тактике было понятно, что оборону многоэтажек хорошо отрабатывали. И на уровне работы каждого конкретного бойца (какие они позиции занимали, как меняли их в ходе боя и как дом к бою готовили), и на уровне командования (в какие именно дома гарнизоны ставить).

Тяжело это было, конечно. На первый взгляд покажется, что в городе должно быть попроще и с бытом, и с обеспечением, пока бои идут, это не в окопах посреди леса сидеть. Но на самом деле очень проблемно было. Подвоз боекомплекта, ротации, эвакуация раненых — все превращалось в адский геморрой.

В городе невозможно выстроить единую линию фронта, она обязательно будет дырявой, через нее будут лазить разведгруппы и ДРГ. С каждой высотки к тому же прекрасно видно окрестности, да и мирняк туда-сюда шастает, кто идейно им о наших перемещениях докладывал, кто из страха.

«После штурма мне ничего не страшно»

Наше подразделение заходило в город через частный сектор. Встречать они нас готовились знатно.

По улицам вообще идти не получалось, там сразу пулеметы лупили. В частном секторе приходилось буквально прорубать просеки. Где танки работали, где мы били из гранатометов. Везде пыль, труха, кирпичная крошка, ничего не видно. Запах пороха и взрывчатки буквально в воздухе стоял.

Поэтому городской бой как таковой вообще не про то, чтобы переть напролом. Нужна хитрость, нужен постоянный маневр. Мы пытались обойти противника, а они, соответственно, — выставить заслоны в нужных местах.

Житель города во дворе своего дома, пострадавшего во время боевых действий. Мариуполь, 20 мая 2022 года

Украинские военные в Мариуполе стояли крепко, но, на мой взгляд, причины этого состоят в продуманной схеме обороны, а не в запредельном моральном духе. Нет, какие-нибудь морпехи вполне были готовы стоять до последнего, но не столь элитные части мы иногда выносили нахрапом. Измотали стрельбой, проштурмовали, и вот они уже бегут или сдаются в плен.

Шума вокруг «Азова» (полк «Азов» признан террористическим и запрещен в России) не очень понимаю. У них крутая выучка, но есть одна огромная проблема: они вообще не хотят умирать. Не поймите меня неправильно — беречь личный состав нужно, это обязанность любого командира. Но мы на войне, тут задач без риска не бывает, а иногда бывают откровенно суицидальные, но при этом необходимые.

Меня восхищает, как они спланировали эту операцию, но это восхищение злом и чистым, беспримесным цинизмом. Военно-политическое руководство Украины решило уничтожить этот город. Не знаю, зачем. Может, хотели дать картинку для западной аудитории, хотели заставить нас увязнуть, а может, думали, что части, штурмовавшие Мариуполь, или российское общество морально сломаются от увиденного.

«Уникальная школа для любой армии»

Денис, командир взвода

Бои за город сложно оценивать со стороны. Управление очень быстро теряется, части действуют абсолютно автономно. Помню, когда осенью лежал в госпитале, то видел, как в интернете общественность зубоскалит по поводу взятия стратегически важных коровников. А у нас таких «коровников» было не сосчитать.

Читатель хмыкает, а эта операция, возможно, изменила баланс сил во всем районе. Грамотно оценить обстановку можно только изнутри.

Застройку нужно правильно использовать, и это не только «расставь пулеметчиков у окон». Украинцы, к примеру, очень часто загоняли танки в арки домов. «Слоник» (танк — прим. «Ленты.ру») оттуда высунется, отработает парой выстрелов — и обратно. Подловить его очень сложно. Нам однажды удалось накрыть хорошо и умно оборудованную украинскую позицию с АГС (автоматическим станковым гранатометом), обрушив на них балкон жилого дома, — их просто придавило плитой.

Разрушенный академический областной драматический театр Мариуполя, 3 марта 2023 года

Научились превращать уязвимости в преимущества, научились действовать более автономно в условиях постоянных проблем со связью и получением приказов. Ни у одной армии мира нет опыта подобного противостояния с равным по техническому оснащению и общей выучке противником. Ни у одной, кроме украинской, к сожалению.

Перед нами стояла очень тяжелая задача, и мы выполнили ее достойно. Я кадровый офицер, вырос в военной семье и насчет остального не рефлексирую.

Думаю в основном об этом, потому что мне положено беречь своих парней и уничтожать противника, а об остальном пусть другие люди рефлексируют, у которых по жизни долг другой. Если каждый будет грамотно выполнять задачи на своем месте, то со всем справимся — и с боевыми действиями, и с восстановлением после них. Конечно, я надеюсь, что лет через пять-десять смогу приехать в Мариуполь и увидеть его цветущим, а не горящим.

By Anelise Borges & Euronews

Смотрите выпуск "Азовсталь: решающая битва" в программе "Очевидец".

Год назад войны России против Украины вступила в новую фазу.

“Мы должны были быть подкреплением для "азовцев", — говорит старший матрос 36-ой бригады морской пехоты Рустам Бабаев.

При осаде металлургического завода "Азовсталь", несмотря на превосходство противника по численности и вооружению, украинские войска выстояли и поразили мир.

"Обстрелы практически не заканчивались. То миномет, то артиллерия, то "грады", то корабли начинают стрелять. И авиация", — рассказывает старший сержант 36-ой бригады морской пехоты Олег Карамов.

“Мы думали, что погибнем. Мы отстреливались из автоматов. Мы выжили, потому что они тоже боялись. У нас не было боеприпасов. Нас взяли в кольцо и потом еще в одно. Мы там боролись до последнего", —говорит старший матрос 36-ой бригады морской пехоты Рустам Бабаев.

Телеканал Euronews получил возможность узнать, что они пережили во время и после осады, в тюрьмах РФ.

Мне сразу сломали нос, два ребра и палец. Я упал на землю, сломал палец спиной. Помню, что меня волокли по коридору hen they dragged, я был весь в крови и не мог дышать, все болело", — говорит старший сержант 36-ой бригады морской пехоты Олег Карамов.

А что же дальше?

“В настоящее время я нахожусь в небольшом отпуске после психологической реабилитации. Государство выделило мне 10 дней отпуска. Я буду восстанавливать свое здоровье. Мое место здесь, пока не закончится война. Кто защитит мою семью и детей, если не я?", — говорит младший сержант 36-ой бригады морской пехоты Антон Ивлев.