Битва при хаттине

Сражение при Аль-Саннабре

Битва при Аль-Санна́бре — сражение между армией крестоносцев под командованием короля Балдуина I Иерусалимского и сельджуками во главе с Маудудом ибн Алтунташем в 1113 году, завершившееся разгромом крестоносцев.

Основной конфликт: Крестовые походы

• Smail, p 55

• Smail, p 79

• Smail, p 143

Взятие Иерусалима в июле 1099 года. Начало XIV в. Национальная библиотека. Париж. Франция

Угрозы для империи

В последней статье, связанной с осадами Константинополя, мы остановились на том, что после десятилетних столкновений и восстаний ромейских полководцев в Византии к власти пришёл Алексей I Комнин (1081–1118).

В то время, когда на западную часть империи обрушились печенеги, кочевой племенной союз. Вдобавок ко всему страна потеряла последние владения в Италии как в раз в год злосчастной битвы при Манцикерте – 1071-й. Роберт Гвискар (1015–1085), властитель Апулии, Калабрии и Сицилии, после этих завоеваний, очевидно, зная о проблемах ромеев (большое количество его соотечественников норманнов служили в империи), решил начать завоевание плацдарма в Греции.

Действия императора

Он отправился в поход на завоевание Диррахия (совр. Дуррес). Как раз в это время правителем страны стал Алексей Комнин. Придя к власти, он решил проблемы с турками на побережье Малой Азии, отогнав их из прибрежных районов, граничащих со столицей, освободил Никомедию и быстро подписал мир с султаном.

Помощь в битве с Робертом императору оказали венецианцы, вассалы Ромейской державы, которые с этого времени, почувствовав, что обладают внушительной военно-морской силой, стали стремиться к полной самостоятельности. Ну а пока они активно сражаются на стороне Комнина.

Поражение и последствия

Но из-за ряда проблем в 1082 г. Алексей потерпел сокрушительное поражение от Роберта, а венецианец Доменико сдал Диррахий. Роберт вступил в борьбу с императором Генрихом IV, который стал естественным союзником василевса Алексея. Однако компенсирует это тактическое поражение взятием Кастории и возвращается в Италию.

А вот на следующий, 1084 год, на Балканах снова высаживается его отец, но Бог был на стороне ромеев, и Роберт умирает в 1085 г., а Алексий с венецианцами выдавил норманнов с Балкан, император занимает Диррахий и устанавливает контроль над Адриатикой.

Борьба с печенегами и турецкими пиратами

Но передохнуть войску ромеев не удалось – на северную границу в 1086 г. обрушились печенеги, которые в своих набегах доходят до стен Константинополя. Начинается длительный период борьбы с их вторжениями. Одновременно пограничные приморские города в Малой Азии захватывает турецкий пират и эмир Чаха, или Чакан.

Эмир Чака участвовал в набегах турок-огузов после Манцикерта, попал в плен, был радушно принят при византийском дворе и даже получил какое-то образование, мог читать по-гречески и хорошо разбирался в ромейской внутриполитической ситуации. Он, после прихода к власти Алексея Комнина, захватил Смирну, пиратствовал и захватывал греческие острова.

Планы захвата Римейской столицы

В его планы входил и захват ромейской столицы, используя свой большой флот и печенегов – единственную силу, которая могла осадить второй Рим с запада. Печенеги доходили до Редегесто, или Родоспы (совр. Текирдаг), Мальгары (совр. Малкара) вдоль северного побережья Мраморного моря, в 160 км от Константинополя.

Помощь западных христианских государств

Ситуация была совершенно отчаянной: с одной стороны захваченная Малая Азия, с другой – подвергаемая сокрушительным набегам Болгария. Именно поэтому у Алексея I возникла идея обратиться за помощью к западным христианским государствам.

Историки спорят по поводу писем, которые василевс отправлял западным правителям и папе, спорят об их достоверности или о том, какая часть из них достоверна. Наиболее известное письмо василевса Роберту I Фландрскому (1035–1093).

Подготовка к крестовым походам

После приглашения рыцаря Роберта I Фландрского в Константинополь, император начал готовиться к поддержке от западных христиан.

Разгром печенегов и набеги половцев

К этому времени император с помощью половцев разгромил и жестоко расправился с печенегами в 1091 г. в битве при Эносе (совр. Энез), в 300 км от столицы империи. Сложно согласиться с теми исследователями, которые считали и считают, что Алексей справился с кардинальными угрозами и ему осталась бороться с ослабленными эмирами Сельджуков.

Долгая борьба и новые угрозы

Прибывшее войско пилигримов продвигалось по Малой Азии, но после того как сельджуки консолидировались, совладать с ними крестоносцам стало крайне трудно. На смену печенегам пришли половцы, и границы на севере снова становились открытыми для вторжений.

Папа Римский, епископы и клир. 1087 г. Свиток. Ватиканская библиотека. Рим. Италия

Но пока Алексей смог собрать дееспособные наёмные войска из варягов, туркопулов (крещённых узов), печенегов и норманнских и германских рыцарей.

Святая семья

Барельеф. Австрия. XI век. Музейный остров. Берлин. ФРГ.

Задачей императора было принуждать западную знать приносить ему клятву верности, а в тактическом плане – переправлять крестоносцев на Восток по мере прихода их отрядов и исключить концентрацию их вблизи Константинополя, так как в Малой Азии они будут всецело зависить от него: снабжение, пути маршрутов, разведку обеспечить мог только он.

Альберт Аахенский уверял, что император взял Гуго в плен, и поэтому идущий к Константинополю Готфрид IV Бульонский разграбил окрестности Адрианополя и тем якобы вынудил выпустить Гуго. На самом деле безвестный Гуго с удовольствием пользовался гостеприимством царя и впоследствии убеждал всех крестоносных вождей последовать своему примеру.

Никто не доверял никому, и каждый подозревал другого в ещё большем коварстве, чем мог сделать сам. Если одни крестоносцы шли с разбоем по земле, то другие – по морю. Так ромеи вступили в бой с пиратским кораблём графа Брабанта, который был взят в плен, как сообщает Анна Комнин.

Готфрид IV Бульонский

Готфрид IV Бульонский (1060–1100), герцог Нижней Лотарингии, вёл большое войско, по дороге он разграбил окрестности Адрианополя, о чём мы писали выше. Герцог встал лагерем вблизи Константинополя в декабре 1096 года. Алексей открыл для пришельцев ярмарку, разрешив посещать церкви города, но не более, чем по пять человек, и предоставил выдачу продовольствия.

Меры эти были продиктованы как политическим расчётом, так и христианским милосердием, роль которого в этот период было бы странно отрицать. На фоне принятых дружелюбных мер он усиленно пытался вызвать Готфрида в Константинополь, чтобы принять от него присягу и отправить на побережье Малой Азии, потому что за ним двигался Боэмунд, который высадился в ноябре на ромейское побережье Адриатики.

Так как Готфрид упорствовал и не хотел прибыть к императору, пилигримам сократили поставку продовольствия, но они просто разграбили окрестности города, набрав столько скота, что лагерь принявших обет превратился в сплошной обед. Готфрид даже был вынужден, в честь Рождества, запретить грабежи на 5 дней.

Показательно, что даже крестоносная беднота, которая двинулась к Никее с Петром Пустынником, те, кто остался жив, объедались в Вифинии. И земли эти им казались раем.

Битва Крестоносцев в Первом Крестовом Походе

Император усилил охрану стен и расположил отряды от г. Афир на побережье Мраморного моря в 10 км от столицы, до Филея.

А его послы, прибывшие в самом конце декабря или начале января, предложили крестоносцам Готфрида, учитывая зимнюю погоду, разместить крестоносных пилигримов в зданиях, расположенных на северо-западе залива Золотого Рога.

В случае чего их войско было бы заперто в этом районе и не могло угрожать стенам Константинополя, путь через Золотой Рог был только через один мост.

Штурм

Берег залива Золотого Рога, где ромеи расположили войско Готфрида. Стамбул. Турция. Фото автора

Но, судя по всему, разбои от этого не уменьшились. А византийские стрелки или туркопулы обстреляли то ли фуражиров, то ли разбойников.

Крестоносные авторы рассматривают этот случай как пример вероломного и немотивированного проявления агрессии со стороны византийцев, которые на своей земле остановили грабёж.

Это стало поводом для штурма города, первого их штурма столицы ромеев.

Балдуин, младший брат Готфрида Бульонского, с 500 рыцарями захватил мост и одновременно поджог здания греков, соседние с теми, где жили крестоносцы.

После чего они вышли всем войском к стенам города, у Влахернского дворца, то есть на оперативный простор с возможностью угрожать Константинополю, и имея в тылу Фракию, по которой к ромейской столице двигался Боэмунд.

Теперь они расположились в лагере перед стенами, между воротами Харисийскими (Полиандра) и Святого Романа.

Император, по мнению Анны Комнин, распорядился не убивать крестоносцев, а приказал всадникам с копьями, которые вышли из ворот Святого Романа, имитировать атаку, а прикрывающим их стрелкам велел стрелять не по воинам, а по их коням.

Такой же приказ был отдан и воинам на стенах, которыми командовал кесарь Никита Вриенний, меткий стрелок.

Но он не выдержал наглости одного латинянина, который пробил щит и ранил его через чешуйчатый доспех, и убил наглого стрелка.

Наконец, ярость со всех сторон привела к настоящему сражению, и судя по всему, каждый остался при своём: ромеи отошли в город, а пилигримы – в лагерь.

Альберт Аахенский хвастливо сообщал, что пилигримы отбросили ромеев в город и на следующий день начали грабежи, уничтожая урожай на расстоянии от стен до 90 км.

А тем временем к Константинополю подходил Боэмунд, он написал письмо Готфриду, чтобы тот шёл к Адрианополю и там соединился с ним, чтобы грабить на всей территории западных византийских фем.

Но Готфрид и Балдуин не согласились на это, возможно потому, что вспомнили, зачем они привели своих людей на восток.

Источник картинок: topwar.ru

А тем временем василевс Алексей вышел с войсками из города и дал бой крестоносцам – о нём сообщает только Анна Комнин, и нет ничего в хрониках крестоносцев. Но это сражение существенно охладило пыл заносчивых пилигримов. После чего начались переговоры. Среди графов и баронов было много желающих отправиться на войну за Гроб господний, а не торчать под неприступной стеной Константинополя, и их мнением Готфрид уже не мог пренебрегать.

В Константинополе

Император предложил встречу Готфриду в столице, отправив заложником в лагерь пилигримов своего порфирородного сына Иоанна.

Сравнивать было с чем. Недаром в источниках постоянно идёт рассказ об изобилии продуктов, которое доставалось даже беднейшим участникам похода.

Вожди крестоносцев, упорствуя в своём нежелании принести присягу, как писала Анна Комнин, по их же обычаю, императору Византии, пытались просто выторговать для себя лучшие условия. Крестоносное войско рвалось в Святую Землю для освобождения Иерусалима, и это нельзя было игнорировать. Без помощи и знаний василевса поход в это время был попросту невозможен. Снабжать войско пилигримов мог только он, других источников просто не было, а грабёж не мог обеспечить армию. Путь, как мы видели во время I крестового похода, часто проходил по выжженным или пустынным территориям.

Итак, Готфрид принял присягу и был щедро одарён золотом, медными монетами, шелками и оружием. Более того, император по римскому обычаю усыновил герцога:

После ещё одной встречи императора и крестоносцев установился мир. Но царь стремился быстрее перевезти войско герцога через Пропонтиду. Как только договорённости были достигнуты, Боэмунд, сын Роберта Гвискара, вынужден был поскорее явиться в столицу империи и принести присягу. И его войско было переправлено в Вифинию. А Танкред, племянник Боэмунда, переправился в Малую Азию, избежав присяги.

А у авторов, занимавшихся описанием исторических событий, по этому поводу появились диаметрально противоположные позиции: византийцы писали о коварных и вероломных кельтах, а крестоносцы о таких же греках. Причиной этого были разнонаправленные политические и экономические интересы.

Капризные пилигримы всячески препятствовали своему переезду в Азию. Византийцы несколько раз прибегали к силе. Они атаковали отряды Рауля, одного из подвижников Готфрида, Рено из Туля, которые медлили с погрузкой на корабли.

Благо основное войско крестоносцев было уже в Вифинии. После чего все герцоги и графы снова прибыли к императору, подтвердили клятвы и получили новые дары. Среди них император, по какой-то неизвестной причине, выделял Раймунда IV – Исангела, которого оставил при своей особе.

Таким образом, в результате переправы крестоносцев на Восток, подальше от стен своей столицы, Алексей I решил очередную серьёзную военно-политическую проблему.

Так закончились стычки под стенами столицы ромеев, а крестоносцы отправились к своей судьбе.

Битва при Хаттине. Святой Крест захвачен мусульманами

Поход крестоносцев к Тивериаде. 4 июля войско крестоносцев выступило из Сефурии. Христиане шли тремя отрядами: граф Раймонд командовал авангардом, король Ги возглавлял центр, в котором под охраной епископов находился Святой Крест, присланный в войско патриархом Ираклием. Балиан Ибелин, один из виднейших сеньоров Палестины, командовал замыкающим отрядом, в который входили также тамплиеры и госпитальеры.

Не успели крестоносцы выступить в поход, как начались беспрерывные изматывающие атаки мусульманской кавалерии. Быстро наскакивая, осыпая христиан стрелами, и столь же быстро отступая, всадники не давали втянуть себя в ближний бой. Они легко уходили из-под удара менее подвижной рыцарской конницы. Христиане еще не успели вступить в бой, но уже несли немалые потери. Особенно тяжело пришлось отряду Балиана Ибелина. Вдобавок крестоносное войско на всем пути испытывало жажду, утолить которую не было никакой возможности.

Расположение отрядов перед битвой. Крестоносцы подошли к селению, располагавшемуся в 5 км от Тивериады. Позиция их армии растянулась на 2 км и оказались перед двумя деревнями. На левом фланге были склоны и небольшой холм, на котором стояла деревня Нимрин. На правом фланге и тоже на холме находилась деревня Лубия.

Холмы возвышались и впереди; они назывались Рога Хаттина, а справа от них виднелось Тивериадское озеро.

Что касается мусульман, то отряд военачальника Таки ал-Дина расположился на плато между Нимрином и Рогами Хаттина, тем самым перекрыв дорогу к источнику в третьей деревне, Хаттине. Войска Салах-ад-Дина заняли холмы вокруг Лубии, преградив путь к Тивериадскому озеру. Еще один отряд находился внизу на равнине недалеко от арьергарда христиан.

После ряда стычек с противником измотанное христианское войско остановилось на привал и провело так остаток дня. Наступившая ночь не принесла облегчения крестоносцам, поскольку, как пишет современник-хронист, "ни человек, ни животное не могли достать себе питья". Сильно приунывшие и мечтавшие лишь о воде крестоносцы всю ночь слышали бой барабанов, звуки молитв и песен, доносившихся со стороны врага.

Первый этап боя. Рано утром 5 июля 1187 г. армия крестоносцев приготовилась двинуться в путь. После того, как она выступила из лагеря, несколько рыцарей предложили королю атаковать позиции Салах-ад-Дина внезапно. Но их предложение было отклонено бездарным военачальником, и христиане начали свой марш к Хаттинскому ручью, который находился в 5 км от лагеря. Двигались в обычном боевом порядке: пехота, в том числе лучники и арбалетчики, составляли периметр, внутри которого располагалась кавалерия, готовая к атаке в любую минуту.

Как только христиане снялись с лагеря, Салах-ад-Дин приказал поджечь с подветренной стороны сухой вереск, которым была покрыта окружающая равнина. Вскоре войско начало задыхаться от удушливого дыма. Движение замедлялось.

В это же время шесть рыцарей и несколько человек из их прислуги перебежали на сторону мусульман, сообщив им, что самое время напасть на крестоносцев. Султан тотчас же выдвинул свой центр и, возможно, еще один отряд в атаку. Отступать назад христиане уже не могли, им оставалось только прорываться к Хаттину. Отряд графа Раймонда и тамплиеры бросились в атаку. Завязалась яростная схватка. Во время этого боя Салах-ад-Дин потерял одного из своих наиболее приближенных эмиров – молодого Мангураса, сражавшегося на правом фланге мусульманской армии. Тот углубился в ряды крестоносцев, вызвал на поединок христианского рыцаря, но был сброшен с лошади и обезглавлен.

Крестоносцам не удалось прорваться к Хаттину. Но рыцарская конница, потеряв, правда, много лошадей, сумела отбить первую атаку мусульман. Однако дух христианского войска был надломлен.

Второй этап боя. Основной задачей Салах-ад-Дина по прежнему было не допустить христиан к воде: ни к роднику в Хаттине, ни к Тивериадскому озеру. Поэтому он расположил войска так, что один отряд по-прежнему прикрывал путь к деревне Хаттин, другие – главную дорогу к Тивериаде. Даже путь отступления на запад был надежно перекрыт.

Стороны готовились к новой схватке. Король приказал армии остановиться на плато и поставить шатры. Но сумели установить всего три тента: дым от горящего вереска становился все большей помехой, лез в глаза, не давал дышать, усиливал жажду.

Рыцарь и оруженосец

Положение крестоносцев становилось совершенно безнадежным. И тут граф Раймонд предпринял еще одну отчаянную атаку против отряда, прикрывавшего путь к деревне Хаттин, к воде. Однако мусульманские воины не приняли боя и расступились, пропустив крестоносцев. И вдруг, оказавшись в тылу противника, отряд графа двинулся прочь от поля боя, в направлении Тивериадского озера, а затем к городу Тиру. За это многие обвиняли потом графа Раймонда в предательстве. Говорили, что только ему позволили беспрепятственно выйти из ловушки. Так ли это или нет, никто точно не знает. Быть может, легковооруженные мусульманские воины не решились противостоять тяжелой рыцарской коннице Раймонда и предпочли отойти. Они посчитали сопротивление слишком рискованным. Ведь если бы Раймонд смял их отряд, то перед всем крестоносным войском открылся бы беспрепятственный путь к Хаттину, к воде, и весь план султана провалился бы. Скорее всего, именно с этой целью граф Раймонд и предпринял нападение. Но мусульмане предпочли не рисковать и выпустили малую часть крестоносного войска, чтобы наверняка истребить основную. Оказавшись же в тылу врага, граф не мог развернуться и вновь атаковать: его рыцари теснились на крутой горной тропе. Возможно, Раймонду ничего не оставалось, как уходить дальше, прочь от поля боя.

Третий этап боя. Тем временем замешательство в рядах остальных крестоносцев становилось все сильнее. Большая часть пеших воинов устремилась к Рогам Хаттина, где они заняли позицию на северном Роге. Возможно, пехота крестоносцев двинулась на северо-восток для поддержания кавалерии Раймонда или в надежде прорваться через брешь, образовавшуюся в рядах мусульман. Когда же проход к Хаттину был снова закрыт, единственное, что им оставалось сделать, это занять северный и восточный Рога. Дух войска был настолько подавлен, что пехотинцы, несмотря на приказ короля и увещевания епископов спуститься вниз, чтобы присоединиться к кавалерии, продолжавшей сражаться вокруг расставленных шатров, и защитить Святой Крест, ответили: "Мы не пойдем вниз и не будем сражаться, потому что мы умираем от жажды". Оказавшиеся незащищенными лошади рыцарей были перебиты мусульманскими лучниками, и уже большая часть рыцарей сражалась в пешем строю.

Салах-ад-Дин захватываетСвятой Крест в битве при Хаттине

Ги де Лузиньяну ничего не оставалось, как отдать армии приказ занять большой, с плоской вершиной южный рог, в седловине которого был установлен ярко-красный королевский шатер. Армия крестоносцев теперь полностью располагалась на Рогах Хаттина. Пехота – на северном и восточном холмах, кавалерия и пешие рыцари – на южном холме.

Неизвестно, когда мусульмане захватили Святой Крест, одни авторы указывают, что предпринял мощную атаку тот самый отряд, который позволил графу Раймонду прорваться через свою линию. В результате этой атаки один из епископов был убит, а Святой Крест попал в руки вражеского командира. Другие же полагают, что второй епископ, после гибели первого, перевез Святой Крест на южный Рог, где он был захвачен во время одной из последних атак. Дух христианского войска был окончательно подавлен.

Теперь мусульмане атаковали Рога Хаттина со всех сторон. Склоны северного и восточного холмов были слишком отвесными для кавалерии. Поэтому здесь действовала мусульманская пехота, и после жестокого боя христиане, оставшиеся в живых, сложили оружие. Султан также отдал приказ атаковать рыцарей укрепившихся на южном Роге, склоны которого были более пологими. Салах-ад-Дин сам возглавил атаку мусульманской конницы и захватил этот участок. Итак, его пехота сражалась на северном Роге, а кавалерия атаковала седловину между северным и южным холмами.

В этот момент часть рыцарей, у которых еще оставались лошади, перегруппировалась и предприняла две смелые контратаки. Некоторые крестоносцы все еще надеялись убить султана и вырвать у врага победу. Одна из этих атак подобралась настолько близко к Салах ад-Дину, что было слышно, как один из рыцарей выкрикивал: "Изыди с дьявольским обманом!"

А сарацинская кавалерия дважды атаковала склоны, прежде чем сумела захватить седловину между Рогами. Наконец мусульманская конница пробила себе путь к южному холму, и кто-то подрезал веревки королевского шатра. Это обозначило конец битвы. Измученные крестоносцы падали на землю и сдавались без дальнейшего сопротивления.

После успешного похода против Византии правитель Египта и Шама великий Салахуддин Аль-Аюби перешёл в наступление на Керк и Шевбек, после чего нанёс поражение армии крестоносцев возле Саффурии. Затем он взял под контроль Табарию и подошёл к местечку Хаттин, расположенному возле Тивериадского озера.

Туда же подошла армия крестоносцев. В ходе сражения многие крестоносцы были убиты и захвачены в плен. Среди пленных находился сам король и многие другие лидеры крестоносцев.

Салахуддин хотел встретиться с врагом в решающей битве и покончить с ними. Своими манёврами он провоцировал их оставить свои позиции возле Саффурии и двинуться к нему навстречу, и Салахуддину удалось осуществить это.

Несмотря на предостережения многих ближайших сподвижников, включая Рено де Шатильона и графа Раймунда III Триполийского, король Ги де Лузиньян приказал своим войскам выдвинуться.

Пятидесятитысячная армия крестоносцев рано утром 2 июля (23 числа месяца Раби аль-Авваль) направилась на Восток в сторону Табарии. Впереди шёл граф Триполи Раймунд III, потому что армия проходила по его владениям.

Истощённая длительным переходом через пустыню армия крестоносцев не сумела до заката дойти до Тивериадского озера. Крестоносцы расположились лагерем у подножия горы Рога Хаттина. Ещё до начала сражения у них возникло несколько серьёзных проблем, которые повлияли на боеспособность армии:

— падение морального духа солдат после возникших между их предводителями разногласий;

— неимоверная жара;

— нехватка воды;

— трудности пути продолжительностью шестнадцать миль;

— молниеносные атаки партизанских отрядов по пути следования.

Ночью весь лагерь крестоносцев был незаметно окружён конницей Салахуддина, и к утру 3 июля (24 числа месяца Раби аль-Авваль по хиджре) 1187 года мусульмане по приказу Салахуддина подожгли кучу кустов, сухой травы и колючек. Крестоносцы оказались беспомощными перед накрывшим их градом стрел, прилетавших сквозь стены дыма.

Осознав, что они полностью окружены и находятся далеко от источников воды, крестоносцы начали спешно отступать к крепости Хаттин. Но здесь в бой вступили мусульмане и взяли инициативу в свои руки.

В начале сражения отряды крестоносцев под командованием Раймунда III атаковали мусульман, чтобы не дать им занять дорогу, которая вела к крепости Хаттин, а также к колодцам и источникам воды.

Они оторвались от основных сил крестоносцев и направились в сторону крепости, и когда первые солдаты Раймунда III дошли до той дороги, выяснилось, что она уже перекрыта мусульманами. Они попытались прорвать окружение, но лучники Салахуддина остановили их. Тетива на луках зазвенела, и ливень стрел захлестнул рубеж. Многие воины погибли в этом бою, а остальные попали в плен.

В то время, когда Раймунд III пытался вырваться из окружения, основные силы крестоносцев под предводительством короля только готовились вступить в битву. В начале сражения всадники крестоносцев ударили по мусульманам и вынудили их отступить. Однако им не удалось воспользоваться этим успехом, потому что уставшая пехота крестоносцев не успевала за кавалерией, и она отступила к одному из холмов (рогов) Хаттина.

Отступление пехоты навело страх на наблюдавшего за ходом сражения короля Ги де Лузиньяна. Он безуспешно пытался вселить в пехоту уверенность и вернуть её на позиции, но ему это не удалось. Отступление пехоты обнажило центр армии, которая подверглась ударам мусульман.

В это время Раймунд III, увидев, как ухудшилось положение крестоносцев, понял, что победа непременно будет за Салахуддином. Он начал искать пути отхода, чтобы спастись.

Раймунд III попытался отступить, но потерпел неудачу, и в рядах крестоносцев поднялись крики: «Кто из вас может спастись, пусть бежит, потому что преимущество не на нашей стороне», но бежать уже было невозможно.

Тогда Раймунд III ещё раз попытался прорвать окружение и выйти с поля боя, нанеся удары по другому крылу мусульманской армии, которое возглавлял Такиюддин ‘Умар. Ему удалось выйти из окружения через лазейку, которую Такиюддин открыл специально для него. После того как он вышел, лазейку закрыли, а Раймунд III бежал и направился в Тир, а оттуда в Триполи.

Тамплиеры и госпитальеры ещё продолжали биться, когда остальные уже потеряли надежду на победу. Тогда Салахуддин приказал своему племяннику Такийюддину ‘Умару вступить в бой и атаковать своей конницей крестоносцев, ряды которых были уже явно ослаблены, а боевой порядок – нарушен.

Ветер нёс пламя и дым к крестоносцам. Жажда смешивалась у них в горле с горечью горящего тимьяна и усиливала их страдания. Жажда, жара, огонь, дым и мечи противников вынудили оставшихся крестоносцев бежать с поля боя и отступить к одному из холмов Хиттина. Оттуда они увидели, как под натиском Такийюддина ‘Умара пал святой для них крест. Это стало самой большой потерей, которую они понесли в этой битве.

После этого уцелевшие рыцари собрались вокруг шатра короля, чтобы перегруппироваться и начать контрнаступление, но Салахуддин опередил их. Мусульмане забрались на холм, где был установлен шатёр, и взяли в плен всё окружение короля, включая его брата, а также правителя Карака Рено де Шатильона. На этом участке фронта было убито большое количество тамплиеров и госпитальеров.

Всех пленников привели к шатру Салахуддина. Он с почестями принял короля и князей. Измученного жаждой короля он усадил рядом с собой и угостил ледяным напитком. Король выпил его, а то, что осталось, передал находившемуся рядом с ним Рено де Шатильону.

Согласно традиции арабского гостеприимства, если пленнику давали еду или питье, это означало, что ему сохранят жизнь. Поэтому Салахуддин воскликнул: «Этот проклятый человек пил без моего разрешения, и он не получает от меня гарантию безопасности».

Потом Салахуддин повернулся к Рено де Шатильону – он не простил ему многочисленные преступления, ограбления караванов паломников и оскорбления религиозных святынь. Перечислив все преступления, описав всё коварство и предательство Рено де Шатильона, Салахуддин встал и ударом меча обезглавил его.

Увидев это, король Ги де Лузиньян задрожал от страха и подумал, что его ждёт та же участь, но Салахуддин успокоил его и заверил, что рядом с ним он в безопасности: «Поистине, правитель не убивает правителя, а что касается этого (де Шатильона), то он перешёл все границы и получил заслуженное наказание».

Далее Салахуддин приказал, чтобы никто не причинил вреда попавшим в плен князям и командирам. Но это не означало, что он помиловал пленников из числа рыцарей тамплиеров и госпитальеров, которых он приказал казнить, а что касается остальных пленных, то их увели в Дамаск.

После этого разгрома крестоносцы больше не могли оказывать сопротивление армии Салахуддина, и мусульмане заняли Хайфу, Саффурию, Яффу, Рамлу, Газзу. После чего был освобождён Иерусалим.

Спустя некоторое время Салахуддин освободил от крестоносцев Акру, Аскалян, Бейрут, Сайду и Джубайл. Из бывшего Иерусалимского королевства под контролем крестоносцев остался только город Сур, а из княжества Триполи — только сам город и крепость Хисн аль­Аркад. Княжество крестоносцев сохранилось также на небольшой территории в Антиохии.

Битва при Хаттине, произошедшая 4 июля 1187 года возле Тверии на территории современного Израиля, стала решающим столкновением между государствами крестоносцев Леванта и силами Айюбидов под предводительством султана Саладина.Победа Саладина решительно изменила баланс сил на Святой Земле, что привело к возвращению мусульманами Иерусалима и спровоцировало Третий крестовый поход.Напряженность в Иерусалимском королевстве усилилась с приходом к власти Гая Лузиньяна в 1186 году на фоне раскола между «придворной фракцией», поддерживающей Гая, и «фракцией дворян», поддерживающей Раймона III Триполи.Саладин, объединив мусульманские регионы, окружающие государства крестоносцев, и выступая за джихад, ухватился за эти внутренние разногласия.Непосредственной причиной битвы стало нарушение перемирия Рейнальдом Шатийонским, что повлекло за собой военный ответ Саладина.В июле Саладин осадил Тверию, спровоцировав крестоносцев на конфронтацию.Несмотря на совет против этого, Ги Лузиньян повел армию крестоносцев из их крепости, чтобы вступить в бой с Саладином, попав в его стратегическую ловушку.3 июля крестоносцы, страдающие от жажды и преследований со стороны мусульманских сил, приняли судьбоносное решение двинуться к источникам Кафр-Хаттина, прямо в руки Саладина.Окруженные и ослабленные, крестоносцы на следующий день потерпели решительное поражение.В битве были взяты в плен ключевые лидеры крестоносцев, в том числе Ги Лузиньян, и потерян Истинный Крест, символ христианской морали.Последствия были катастрофическими для государств крестоносцев: ключевые территории и города, включая Иерусалим, в последующие месяцы перешли к Саладину.Битва выявила уязвимость государств крестоносцев и привела к мобилизации Третьего крестового похода.Однако, несмотря на последующие военные кампании, присутствие крестоносцев на Святой Земле было необратимо ослаблено, что привело к конечному упадку власти крестоносцев в регионе.

Посетить магазин

Если вы хотите поддержать проект HistoryMaps, посетите магазин или Пожертвовать.

Мы ценим ваши отзывы.Если вы обнаружите недостающую, двусмысленную, вводящую в заблуждение, неточную, ложную или сомнительную информацию, сообщите нам об этом.Пожалуйста, укажите конкретную историю и событие, о которых вы говорите, объясните, почему вы считаете, что информация неверна, и, если возможно, укажите источник(и).Если вы обнаружите на нашем сайте какой-либо контент, который, как вы подозреваете, может нарушать защиту авторских прав, сообщите нам об этом.Мы стремимся уважать права интеллектуальной собственности и оперативно решаем любые возникшие вопросы.Спасибо за помощь. Feedback Form